Connect with us
Фото: Кузьмина Л. В. Фото: Кузьмина Л. В.

Старожилы

…И, значит, остались только иллюзия и дорога…

Published

on

 …мир останется прежним,
да, останется прежним,
ослепительно снежным,
и сомнительно нежным,
мир останется лживым,
мир останется вечным,
может быть, постижимым,
но все-таки бесконечным.

Иосиф Бродский «Пилигримы»

                     Желание начать новую жизнь – не от хорошей жизни.

                                                                                                      Народное.

Реклама
Фото: Кузьмина Л. В.

Фото: Кузьмина Л. В.

 

Сегодня с нами беседует семья, которая приехала в Словению 7 лет назад. Артём, Татьяна и сын Арсен. Ребята рассказали, как устраивались в чужой стране в нелёгкие времена, сколько всего пришлось пережить на пути в новую жизнь, какие уроки извлекли и чего им это стоило.

Часть 1.

С. Б.  – Артём, Татьяна, как вы думаете почему многие не хотят рассказывать свои истории эмиграции?

Т. – У каждого свои причины, победы и поражения, которыми не всегда хочется делиться.

С.Б. – Разве обязательно хвастаться? Любой опыт эмиграции, как положительный, так и негативный, ценен для наших читателей. Для начала хочется узнать: почему вы выбрали именно Словению для переезда?

Ар. -Всё получилось спонтанно. Сначала я поехал посмотреть Чехию и Польшу, Татьяна осталась дома с ребёнком. В Чехии нам сразу сказали, что шансов мало, да и сама страна мне не очень понравилось; я посмотрел Прагу и Брно, увидел много негатива, грязи, наркоманов, решил, что Чехия нам не подходит, менять «шило на мыло» не очень хотелось.

Ар. – Жили в Киеве до эмиграции, а вообще я из Ялты, а Таня из Краматорска.

Через год после Чехии у меня были соревнования во Франции, в Париже, я выкроил две недели свободного времени, сел в машину и поехал в сторону Балкан через Германию, Австрию. Я не предупредил свой банк о поездке, и мне заблокировали карту  на границе со Словенией. Так я застрял  в Любляне. В кармане было только 50 евро, и на эти деньги я прожил в Любляне три дня. Город понравился сразу: красиво, чисто, тихо – всё приятно, только дождь постоянно идёт. Когда вернулся домой в Украину, серьезно задумался о переезде. В то время в Ялте у нас был небольшой бизнес – кафе; закрыв сезон, мы решили поехать в Словению на неделю отдохнуть и прикинуть план будущей эмиграции.

С.Б.- Как интересно всё у вас складывалось! А каким видом спорта Вы, Артём, занимались?

Ар. – На тот момент я ездил на соревнования по картингу, а вообще занимался 10 лет скоростным спуском. Мне Словения поэтому и понравилась, что здесь есть горы и байк парки – всё для того, чтобы вести спортивный образ жизни. Но, жизнь показала, что на байк парки и горы у меня попросту нет времени, а когда есть время – нет денег.

С.Б. – Значит, Словения понравилась, если не считать дождливой погоды?

Т. – Когда мы приехали сюда на отдых в сентябре, то нам повезло, дождей не было, и мы успели много чего посмотреть за неделю. Впечатления от Словении и от Любляны остались очень позитивные.

С.Б. – Когда приехали 7 лет назад, с чего начали, сами оформляли все бумаги?

Ар. – Нет, сами не оформляли, когда приехали отдыхать в сентябре, воспользовались услугами фирмы «Антана». Татьяна Садетская, эмиграционный консультант, нам здорово помогла. Так как мы переезжали по бизнес эмиграции, то помощник нам был необходим. «Антана» по доверенности открыла на меня фирму, я только подписал бумаги, для этого я приехал в Словению ещё раз в феврале, тогда же нужно было сделать инвестиционный взнос 10000 евро. На тот момент я знал, что моя фирма будет заниматься велосипедами, в голове уже был готовый бизнес-план: поставка оборудования, запчасти, поставщики и т.д. В хорошем настроении уехал обратно в Украину готовиться к переезду. В это время начались события, которые даже не знаю, как назвать, говорят, что это была «революция достоинства». Мы ждали первый ВНЖ в Киеве, я получил карту в августе, а Татьяна с сыном в октябре. Нужно сказать, что за эти месяцы ожидания ситуация изменилась кардинально и переезжать нам уже пришлось совершенно в других финансовых условиях, я бы даже назвал эти условия бомж вариантом: на карте было около 2-х тысяч евро и наличкой 3 000 – всё. В Ялте оставался бизнес – кафе, и оно работало ещё какое-то время, мои братья вели дела. Потом и кафе закрылось, и мы остались без денежной подпитки.

С.Б. – В каком городе вы остановились, когда приехали?

Т. – За шесть лет мы переезжали 6 раз, первый наш город это Марибор.

Ар. – В Мариборе мы прожили ровно год. Почему выбрали именно этот город для начала новой жизни? Всё очень просто: ехали из Украины три дня (машина была забита до отказа велосипедами, вещами), уже в Словении машина сломалась, и мы вынуждены были остановиться на ночлег в Мариборе. Утром встали, погуляли, всё понравилось и решили, что от добра добра не ищут, остаёмся здесь.

Т. -Хотя, как все приезжающие, были настроены на Любляну.

С. Б. – Да, среди наших наиболее популярна Любляна и словенское побережье моря…

Ар. – В Мариборе мы очень быстро нашли квартиру в центре за 250 евро, и хозяева попались хорошие. Начали потихоньку осваиваться: садик, врачи и т.д.

С. Б.  –  А почему тогда уехали из Марибора?

Ар. – Деньги стремительно стали кончаться, нечем было платить за коммуналку и квартиру. В общем, остались совсем без денег, подпитка же кончилась! Отнесли в ломбард всё золото, какое было, потому что даже на еду денег не хватало… Какое-то время думали, что уедем назад. С магазином ничего не получалось, бизнес не пошел, многие нюансы нам были неизвестны. Мои хорошие знакомые, имеющие реальную возможность заниматься бизнесом, говорили мне, что я не потяну этот вид деятельности, очень много различных финансовых обязательств между партнёрами, люди живут в бесконечных судебных тяжбах.  Это не Украина, здесь так не работают, в Украине мы продавали по 250 велосипедов за месяц – здесь один велосипед. Объёма продаж, на котором можно сделать деньги, в Словении не добиться.

С.Б. – Даже несмотря на наличие гор и любителей велопрогулок?

Ар. –  Словения – очень маленькая страна, наши бизнес-эмигранты не сразу это понимают. Ну что говорить, вся страна меньше Киева, район, в котором мы жили, насчитывал людей больше, чем в городах Словении.

Но, мы постоянно пробовали. Прежде чем уехать в Любляну, мы открыли небольшое кафе в Мариборе, я одолжил немного денег и открыл шашлычную.

Татьяна.

Татьяна.

Т. – Я помогала Артёму, по профессии я повар.

Ар. – Промучились месяцев пять, а потом закрылись. Аренда выходила 500 евро, как договаривались с хозяином, но оказалось, что помимо этих 500 ты ещё должен платить налог на прибыль 150. Словенцы очень любят не досказать и что-то утаить… это огорчает. Мастера делают заказ, договариваешься на определённую сумму, в конце получаешь счёт на большую, они туда включат и НДС и ещё что-нибудь, о чём не договаривались в начале. Однажды я слышал разговор двух словенцев и один говорил, что у «русов» много денег, надо этим пользоваться.

С.Б. – Наша кухня словенцев не впечатлила?

Т. – Словенцам нравится только своя словенская кухня, они консервативно относятся к чему-то нетрадиционному в еде. Им интересно попробовать, но ходить они будут к своим. Тех, кто часто заходил было немного, мы предлагали русско-армянско-украинскую кухню, это было им непонятно. Выпить дешевые напитки и посмотреть на украинских девушек – вот что было нужно, ни того ни другого у нас не было.

Ар. – Место для кафе было выбрано неудачно, но даже если бы место было выбрано удачно, то на содержание и раскрутку этого бизнеса нужны были деньги и 3-4 года времени, для нас это не подходило и было принято решение быстренько свернуться, пока долгов не наделали. Стали упаковывать вещи и готовиться к переезду в Любляну, там работу было легче найти.

В результате в Любляне я стал таксистом. В таксистскую кампанию тоже было устроиться непросто. Русскоязычных не брали по умолчанию. Я ездил на собеседования, но везде мне отказывали, сначала по телефону обещали взять, но по приезде обязательно отказывали. Но, я всё же устроился работать в такси, в Инртерэкс, хозяин и жена его были босанцы. Я пришел, их устроило всё, что я предлагал, и они взяли меня на работу. За один день, показали, как пользоваться таксиметром, мы поездили по Любляне, и на этом моё обучение таксистскому делу закончилось. Я вышел на работу и поначалу ездил из Марибора каждый день. Работали ночью строго по расписанию, по сменам. Город не знал, в темноте ездил, как слепой котёнок, интернета у меня не было, потому что не было денег оплатить его. Я взял у друга Гармин, который показывал Любляну ещё времён Югославии, и вот так изучал город.

К тому времени у нас появились друзья, которые нам помогали и советом, и делом, они сами приехали из Западной Украины, поэтому мы нашли быстро общий язык. Они настраивали нас на позитив, и мы прислушивались. Нам верилось, что всё преодолеем и прорвёмся. Сейчас они живут в другой стране, получилось так, что, подбадривая нас, они сами не справились с трудностями ведения бизнеса и вынуждены были уехать в более благоприятную страну.  Мы тогда ещё не очень понимали местную налоговую систему.

Я поработал неделю в такси, продал свою машину, велосипеды, и мы переехали в Домжале, в небольшую квартирку за 380 евро в месяц.  Когда начал работать, подтянул в такси своих друзей, с одним из них вы знакомы. Мы организовали небольшую «банду своих ребят», и начали по ночам кататься по Любляне. Убежал я из этой «лавочки» первым.

Артём

Артём

С.Б.  – Что из себя представляет ночная работа люблянского таксиста?

Ар. – Возили наркоманов, девушек лёгкого поведения, пьяниц – людей с «пониженной социальной ответственностью». Понятно, что не все такси работают с таким контингентом, но наш Интерэкс обслуживал как раз вот таких людей. Однажды мне пришел вызов, я приехал и вижу молодого человека, шмыгающего носом. Молодой человек просит меня помочь перевезти какой-то груз, который находится неподалёку, я иду посмотреть, что за груз, он пропускает меня вперёд, а сам идёт сзади, и мне это неприятно, и тут я вижу, что за колоннами лежат трупы в крови, которые, видимо, нужно перевезти. «Почему мне так везёт?!»  – подумал я. Но нужно как-то выходить из положения и начинаю говорить что-то типа: их пять, а у меня только четыре посадочных места… Человек рядом держит пистолет наготове, что говорить, я испугался. Но ситуация оказалась простой – меня разыграли и сняли на камеру. Вот такая «весёлая» история со мной приключилась.

С.Б. – Эти люди, видимо, ожидали другой реакции?

Ар. – Не знаю, что они ожидали, я выругался нецензурно и уехал. Седых волос у меня прибавилось в ту ночь. Много и других историй было, но это не для интервью, скорее, для камерного общения.

За три месяца работы в этой фирме я оброс знакомствами, завёл друзей среди боснийцев и словенцев. Один из них знал, что я хочу поменять работу, и предложил мне взять машину в аренду и работать на ней. Так я оказался в известной в Словении компании «Лагуна». В первые же дни я ощутил разницу работы в легальной фирме: выручка существеннее выше, контингент пассажиров другой, обстановка другая, никто не давит и не заставляет выезжать в 6 вечера в обязательном порядке, работаешь сам по удобному тебе графику.

С.Б. – Когда же вы стали владельцем своей машины такси?

Ар. – Так я работал до лета, а летом я познакомился ещё с одним человеком и купил у него машину в рассрочку, поставил на неё оборудование под такси. Как раз в это время мои товарищи, Вова Ушаков и Женя Портнов, созрели для того, чтобы уйти тоже из Интерэкса. Они вдвоём начали работать на моей машине.

Затем я выбил себе лизинг на фольксваген, более-менее свежий, и посадил их посменно на него работать. Затем я взял ещё одну машину в рассрочку… Вот так потихонечку- полегонечку у нас через год было пять машин на фирме. Вот тут и начали появляться все прелести словенского налогообложения. Тут я понял, что работать «в белую» я не могу, ничего не зарабатывается, а «в черную» не умею, слишком много рисков. Сказки про то, как в Европе мало работают и много получают, всего лишь сказки. Местное население и люди с гражданством может живут чуть легче, но не особо, а нам эмигрантам тяжелее вдвойне.

Чтобы сводить концы с концами нужно в месяц на семью из троих человек иметь 2000 евро, это, как говориться, только на хлеб. Если хочешь, чтобы семья не нуждалась, ты имел бы отпуск и возможность съездить на родину к родителям, требуется минимум 3000 евро.

Т. – Я всегда удивляюсь, когда наши соотечественники рассказывают вновь прибывшим, что семье из 3-х человек хватает на всё 500 евро в месяц. Нам вот не хватает!

С. Б. – Да и люди, работающие в бюджетной сфере – другое дело, у них доходы стабильные.

Ар. – У нас есть друзья, которые оба работают в бюджетной организации, у каждого из них зарплата 1500 евро. Но у них нет никаких льгот: за детский сад и питание школьников они платят сами, отпуск оплачивают себе сами, совсем не Газпром, скажем прямо, социального пакета они не имеют. Они очень экономные и не позволяют себе лишнего. Ещё один пример – кассирша из Меркатора (тоже работа по найму), разговорились, потому что я дал ей новенькую купюру в двести евро. Она долго проверяла её, а я пошутил, что только что нарисовал деньги… Она сказала, что никогда таких купюр не видела, и если они фальшивые, то придётся платить недостачу из своего кармана, а это треть зарплаты. Разговорились, она рассказала, что зарплаты маленькие, но ещё хуже работать в «Gorenje» – денег платят больше, но ты света белого не видишь, и здоровье подорвёшь очень скоро.

С.Б. – За 7 лет никаких пособий и дотаций не получали?

Ар. – Почему? Получаем на ребёнка пособие, здесь положено, если не дотягиваешь до минимума. Когда мы устраивали ребёнка в детский сад, то директор нам дала анкету и посоветовала обратиться в социальную службу за скидкой на оплату детского сада. Таким образом, мы ежемесячно получали пособие на нашего сына и скидку на садик. Больше никаких пособий я не просил, чем больше просишь – тем больше рисков нарваться на какую-нибудь проверку.

Продолжение следует…

Часть 2 …И, значит, остались только иллюзия и дорога…

Вопросы, комментарии и предложения:

Прочитайте также

Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять
Отказаться